Либералы под маской национал-патриотов

11 февраля, 2021

Если вы помните, за всю историю постсоветской «демократии» в канун избирательных кампаний правящие круги, стремясь избежать нежеланного для себя результата, постоянно имитировали смену государственного курса. Так, в течение последних двух лет из уст высокопоставленных государственных деятелей раздаются заявления о намерении сменить модель развития. Достаточно вспомнить озвученное летом 2019 года В.В. Путиным заявление о банкротстве либеральной идеологии. А на прошедшем в прошлом месяце в Давосе онлайн-форуме президент Российской Федерации, затрагивая тему усугубления кризисных тенденций в социально-экономической сфере, изложил похожие мысли. Например, из его уст все услышали заявление, будто доктрина «вашингтонского консенсуса» исчерпала себя. Но если бы только в этом было дело. А заявление высокопоставленных государственных деятелей по поводу мнимого «отсутствия» олигархов в России? Нас хотят заверить, что положен конец системе, при которой кучка богачей нагло грабила государства, превращало правительство в своё орудие. Вашими устами мёд бы пить.

Практика показывает, что находятся те, кто принимает за чистую монету соответствующие утверждения. Одни на этом основании начинают поддаваться иллюзиям о якобы начавшемся отходе Кремля от провальной для нашей страны модели. Другие, напротив, за это проклинают на весь свет власть, стремясь ей приписать едва ли не возвращение нашей страны к социализму. Безусловно, каждый интерпретирует происходящее, руководствуясь своими классовыми (а в некоторых случаях и клановыми) интересами. Однако нам важно понять, какая практика принесёт выгоду России и народу. Не узкой кучке буржуев, не «ведущим мировым державам», а именно нашей стране и нашим людям труда.

Способ не развития, а колонизации стран

Собственно говоря, ключевой и, пожалуй, единственный критерий оценки той или иной системы/идеологии/государственных руководителей, — результативность. В этой связи не мешало бы снова хотя бы в общих чертах проанализировать результаты воплощения в жизнь неолиберальной доктрины «вашингтонского консенсуса». Согласно данным Федеральной службы государственной статистики, только в 1992 — 2010 гг.. численность населения России сократилась с 148 514, 7 тысяч до 141 832, 9 тысяч человек. По объёму ВВП наша страна только в 1990 — 1997 переместилась со 2-ого на 13-ое место в мире. Однако в «тучные нулевые» не удалось преодолеть последствий деиндустриализации. Только в 2017 году доля промышленности в ВВП не превышала 27,6%, сельского хозяйства — 4,7%.

Между прочим, всё это было прогнозируемо, поскольку стоящие за спинами «реформаторов» идеологи американского «глобализма» руководствовались отнюдь не укреплением мощи России и повышением народного благосостояния. Можно долго рассказывать и о содержании мемуаров Джона Перкинса, ранее продвигавшего в «вашингтонский консенсус», будучи советником ряда правительств стран Латинской Америки и Ближнего Востока, и об обнародованном в сентябре 2000 года докладе Конгресса США «Российский путь к коррупции». Мы лишь ограничимся выдержкой из статьи отца рейганомики, экс-советника министра финансов США Пола Крейга Робертса, констатировавшего, что «неолиберальная модель не является моделью развития». Она, по его словам, представляет собой лишь «способ создания сырьевых придатков», «превращения России или других зависимых стран в тех, кто будет выполнять тяжёлую, черновую работу («рубить дрова и черпать воду») или, в случае с Россией — добывать нефть, газ, платину и алмазы». Но сами того правительства «развитых стран» практически не следуют основам провозглашаемой ими доктрины свободного рынка, всевластия и «неприкосновенности» частной собственности. Именно это подразумевал автор «Вашингтонского консенсуса» Джон Уильмсон, констатируя, что «Вашингтон не всегда практикует то, что проповедует иностранцам».

Всё остаётся по прежнему

Казалось бы, нет никакого смысла следовать основам стратегии, не отвечающей интересам России и народа. В условиях усиления геополитического давления на нашу страну консервировать уязвимую финансово-экономическую систему равносильно самоубийству. И, вопреки утверждениями некоторых, альтернатива ей существует. Итоги работы правительства Евгения Примакова, Юрия Маслюкова и Виктора Геращенко — тому подтверждение. В течение полугода производство выросло на 24 процента. Самое время взять на вооружение столь успешный опыт. Но что мы видим со стороны правящих кругов?

Как бы Кремль и правительство не заверяли в намерении отойти от основ дикого капитализма, неолиберализма, как бы за эти слова их некоторые не клеймили, факт остаётся фактом — в реальности соответствующая доктрина по сути остаётся основой направляющей действующей власти, особенно её социально-экономической политики. Чей ставленник действующий глава государства? Бориса Березовского и Бориса Ельцина. Кто был его политическим наставником? Анатолий Собчак. Кто способствовал его переводу из Санкт-Петербурга в Москву, в Кремль? Анатолий Чубайс. Какие меры предпринимает исполнительная власть? Ставка на продолжение приватизации оставшейся государственной собственности, «открытость» экономики по Соросу, курс на преимущественную поддержку крупного капитала, ликвидация социальных гарантий, дерегулирование экономики — как всё это вы можете охарактеризовать?

Факты говорят сами за себя.

  1. В 2000-ые годы был принят ряд законов, давших «зелёный свет» приватизации природных ресурсов, раздроблению и приватизации естественных монополий, коммерциализации социальной сферы — Лесной, Земельный, Водный, Трудовой, Жилищный кодексы, закон о монетизации льгот, закон «Об автономных учреждениях», «реформирование» электроэнергетики.
  2. В момент первой волны мирового финансового кризиса даже правительства «ведущих капиталистических государств» пошли на национализацию банков и сосредоточенных в ключевых отраслях экономики компаний (вроде американских «Дженерал моторз», Fannie Mae и FredddieMac, AIG). В нашей стране исполнительная власть с порога отвергла соответствующие предложения, ограничившись вливание финансовых ресурсов на беззалоговой основе в крупнейшие бизнес-империи .
  3. В идеализируемых «рыночниками» «развитых странах» национализация и приватизация периодически сменяют друг друга. А в России двухстороннего движения не наблюдается — всё развивается только в одну сторону. Например, распоряжением правительства РФ № 3260 от 31 декабря 2019 года утверждена государственная программа приватизации на 2020 — 2022 гг, в которой расписано всё до мелочей. И мы видим, кому достаются средства производства и объекты национального достояния в процессе разгосударствления. Кто стал выгодоприобретателем от приватизации части акций «Роснефти»? Правильно, Glencore и Катарский фонд QIA. Кому достался приватизированный в 2020 году винодельческий завод «Массандра»? Петербургскому банку «Россия», глава которого Юрий Ковальчук располагает тесными связями — сами понимаете с кем.
  4. То, что делает финансово-экономический блок правительства, разве это не укладывается в русло рассматриваемой нами стратегии? Отказ то от введения государственного валютного контроля во время кризиса, то от финансовых вливаний в реальный сектор экономики, — разве ничего не замечаете вы здесь?
  5. И коммерциализация здравоохранения, образования, ЖКХ, и пенсионная «реформа» — если это не ликвидация социальных гарантий, то что это тогда?
  6. Отказ от системного государственного регулирования цен и тарифов на нефть, газ, металлы, транспорт, продовольственных наценок, оказание государственной финансовой поддержки сырьевым магнатам на основании «закона Роттенберга», помощи «системообразующим предприятиям» — ни о чем не говорит?
  7. Вступление России в ВТО и ориентация на его стандарты даже в условиях международных экономических санкций о чем нибудь свидетельствует?

Какие перемены? Их нет

В ответ на это некоторые спросят: если всё это так, что почему же тогда власть подчас осуществляет кейнсианские меры, проводит огосударствление ряда отраслей, вносит элементы протекционизма? Имеют в виду и реализацию национальных проектов то в социальной сфере, то в области инфраструктуры, то консолидацию сохранившихся в ВПК, в авиастроении, в судостроении предприятий в государственные корпорации, пересмотр основ изначально кабального для России проекта «Сахалин-2» и введение контрсанкций. На самом деле всё перечисленное ни о чём не свидетельствует. Как ни крути, а олигархия составляет меньшинство населения. Власть в целях политического самосохранения стремится найти общий язык с большинством. Поэтому им невозможно обойтись без лозунга «Мы с вами одной крови».

Осознавая умонастроения большинства россиян, правящие круги подчас подают сигналы о якобы наметившийся готовности положить конец модели криминально-компрадорского капитализма. А чтобы им поверили, словам о смене курса должны соответствовать какие-то дела. Поэтому подчас мы и наблюдаем своеобразное маневрирование правящего класса, его попытку усидеть на двух стульях между эксплуататорами и эксплуатируемыми, между левыми и правыми, между государственниками и либералами и т.д. Но при этом представители государственного руководства никогда и не при каких обстоятельствах не выйдут за рамки сформировавшейся после разрушения СССР системы. Они могут сколько угодно говорить и о социальной ориентации, и о промышленной политике, и о содействии народным предприятиям, малому предпринимательству, и о стратегическом планировании, и просто о государственном регулировании экономики. Но при этом о практикующейся даже в капиталистических странах национализации, о недопущении поглощения ключевых отраслей экономики зарубежным капиталом, о последовательной политике протекционизма они не будут думать.

Они никогда не выйдут за рамки «правого» выбора

В качестве подтверждения мы процитируем выдержки статьи В.В. Путина «Нам нужна новая экономика», опубликованной в газете «Ведомости» 30 января 2012 года. В ней он поставил задачу продолжения проведения приватизации государственной собственности. Глава государства подчёркивал, что считает возможным «снизить долю участия государства в некоторых сырьевых и завершить процесс выхода из капитала крупных несырьевых компаний, которые не относятся к естественным монополиям и оборонному комплексу». Прежде всего он имел в виду высокотехнологичные отрасли, отметив, что рассчитывает «на активное участие российского капитала в приватизации» данных отраслей производства.

О том же самом Владимир Путин заявил во время своего выступления на инвестиционном форуме «Россия зовёт», прошедшем 2 октября 2014 года. Говоря о своих планах приватизации государственных предприятий, он подчеркнул, что об этом речь шла в его предвыборных статьях, в указах. Но энергетические компании были выведены из данного процесса. С точки зрения Владимира Путина, «сейчас ситуация меняется», в связи с  чем он не уверен, что нужно «сохранять эту позицию». Добавил, что рассматривает «возможность выхода на рынок с крупными пакетами наших крупнейших энергетических компаний, которые находятся под контролем государства». Президент отметил, что «то же касается и оборонных активов».

Аналогичное предложение президент озвучил в своём послании Федеральному собранию РФ 1 марта 2018 года. Вся страна услышала из уст В.В. Путина слова о том, что «доля государства в экономике должна постепенно снижаться». Развивая соответствующий тезис, он заявил следующее: «…в последнее время в результате оздоровления банковской системы… под контроль государства перешёл ряд финансовых активов. Но нужно их энергично выводить на рынок и продавать».

Дело не ограничивается ставкой на всеобъемлющую приватизацию. Как известно, В.В. Путин никогда не скрывал, что он является сторонником членства России в ВТО, принципов «экономической открытости» и т.д. Так, в своей статье «Нам нужна новая экономика», опубликованной в «Ведомостях» в январе 2012 года, он писал о невозможности использования протекционистских мер, поскольку, с точки зрения главы государства, «время национальных рынков прошло». Аналогичная мысль была озвучена президентом России 2 октября 2014 года во время его выступления на инвестиционном форуме «Россия зовёт». Владимир Путин отметил: «Мы разделяем принципы ВТО, в  отличии от некоторых отцов – основателей этой организации. Но стремимся и будем стремится к тому, чтобы Россия развивалась как открытая, рыночная экономика. Такой стратегический курс остаётся неизменным». И это — в условиях расширения против России международных экономических санкций!

С колебаниями покончено. Монетаристы/компрадоры/олигархи/»глобалисты» снова берут верх

В целом, тактические манёвры, имитация смены модели развития были раньше свойственны правящим кругам. В последние годы они усиливают «правую» компрадорскую составляющую. Судите сами

Если во второй половине 2000-х годов создавались в ряде отраслей машиностроения и ВПК государственные корпорации, предпринималась попытка хотя бы незначительного увеличения прямого государственного участия в топливно-энергетическом комплексе, то с 2010 года взят курс на снижение прямого участия государства в экономике. Мы все это наблюдаем в течение последних лет. Примеры можно приводить до скончания века.

Если в 2000-ые годы предпринимались скромные, но попытки установить всевластие законности в отношении участников рынка, особенно крупным игрокам, обеспечить «равноудалённость» олигархов от власти (были даже предприняты санкции в отношении ряда их представителей вроде Березовского, Ходорковского, словесные предупреждения в адрес одной металлургической корпорации), то после 2008 года всё вернулось «на круги своя». Отсутствие реакции на материалы Рабочей группы Государственной Думы по борьбе с коррупцией об уклонении сырьевыми компаниями от уплаты налогов, на опубликованные в СМИ, в заявлениях и запросах в правоохранительные органы оппозиционных депутатов на наличие коррупционной составляющей и нарушение процедур при приватизации, при допуске к участию в государственных закупках, вовлечение участников списка «Форбса» в правительственные рабочие группы, — всё это говорит о многом.

Если во второй половине 2000-ых годов осуществлялась весьма ограниченная, но политика по стимулированию реального сектора экономики (создание и функционирование Банка и Бюджета Развития, Российской венчурной компании, национальная программа «Возрождение и развитие сельского хозяйства, незначительное вложение средств в производство, в инфраструктурные проекты), то после 2009-2011 гг. налицо медленное, но верное свёртывание вышеперечисленных начинаний, открытый отказ правительства и их информационных рупоров стимулировать развитие экономики путем и удешевления кредита, и новых вливаний.

Если в 2000-ые годы подчас наблюдались шаги по созданию равных условий для хозяйствующих субъектов (что нашло отражение в определённых налоговых и административных послаблениях малому предпринимательству, в вышеупомянутом стремлении обеспечить законность в деятельности крупного капитала, ликвидировать ряд его преференций), то сейчас мы видим то, что было в первые годы «рыночных преобразований». Ужесточение финансовых, налоговых и правовых условий для деятельности народных предприятий, мелкого предпринимательства при одновременном оказании финансовых и налоговых преференций крупному олигархическому капиталу, при освобождении его от минимальной правовой ответственности перед государством и обществом.

Если во второй половине 2000-х годов всё же предпринималась определённая попытка не допустить полного захвата зарубежным капиталом стратегически значимых отраслей экономики (речь идёт, например, о пересмотре основ проекта «Сахалин 2», направленного на уменьшение доля зарубежных компаний и на увеличение российской), то с 2014 года вернулись прежние тенденции. Речь идёт не только об истории с «Русалом», с продажей части «Роснефти», но и о законе «О территориях опережающего развития», фактически отдающего целые российские территории в зону свободной охоты зарубежных буржуев. Причем многие их них — на территориях, на которые ряд восточных «соседей» прямо претендует.

Если во второй половине 2000-х годов предпринимались непоследовательные, но шаги по смягчению социальной обстановки (увеличение зарплат и выплат отдельным категориям бюджетников и пенсионеров, финансового обеспечения социальных отраслей), то после 2012 года — постоянная попытка переложить тяготы неурядиц на плечи народа, постепенное, но урезание социальных гарантий, навязывание новых людоедских «реформ» (от пенсионной и до экспериментов в здравоохранении).

Поэтому не верьте декларациям. Судите только по конкретны делам. А повторять штампы о том, что буржуазные правящие круги якобы распрощались с политикой «вашингтонского консенсуса», с неолиберализмом — это значит, либо защищать их самих, стремящихся дезориентировать избирателей, либо желать увеличения дозировки соответствующей доктрины. Хотя чтобы не оглашали некоторые эксперты, правее в проводившейся политике уже ехать некуда.

Дмитрий Лавров, кандидат исторических наук

Поделиться ссылкой:
Похожие новости
Имя : 
E-Mail : 
Комментарий: